Четверг , 28 января 2021

Главная » Летопись недели » АНАТОЛИЙ ВАСИЛЬЕВ: «КОГДА ТЫ В ОТВЕТЕ ЗА ТО, ЧТО ДЕЛАЮТ ДРУГИЕ…»

АНАТОЛИЙ ВАСИЛЬЕВ: «КОГДА ТЫ В ОТВЕТЕ ЗА ТО, ЧТО ДЕЛАЮТ ДРУГИЕ…»

Неувядающее, вечное булгаковское «Собачье сердце» геленджикской публике вновь показал Московский независимый театр. Этот спектакль, поставленный гениальным Валерием Золотухиным, не сходит с подмостков театра уже несколько сезонов. Не так давно в роли профессора Преображенского здесь в Геленджике на сцене Дворца культуры блистал сам Валерий Сергеевич. Теперь этот спектакль играют без него. На роль Преображенского приглашен не менее «звездный» Анатолий Васильев.

Первое появление Васильева в профессорском костюме зрительный зал встречает овацией, несколько минут не позволяя продолжить спектакль. Думается, что руководство театра выбрали абсолютно правильную замену. Насколько, конечно, вообще этично говорить в подобных случаях о заменах. Анатолия Васильева зритель помнит и любит еще со времен легендарного «Экипажа», где он сыграл одну из главных, и одновременно одну из самых ключевых в своей творческой биографии ролей. Хотя были потом и «Корпус генерала Шубникова», и «Если враг не сдается», и «Михайло Ломоносов», где он виртуозно сыграл отца «отца российской науки» и пять сезонов всенародно обожаемых «Сватов». Мы, разумеется, не могли упустить случая и не встретиться с народным артистом России Анатолием Васильевым. Не смотря на всю свою «звездность» Анатолий Александрович оказался совершенно доступен и сразу согласился с нами побеседовать, уделив несколько минут после спектакля.

— Геленджик я хорошо знаю, — сходу заявляет в начале разговора Анатолий Васильев, — я здесь не в первый раз. Бывал раньше на фестивалях, таких как «Детектив-клуб», «Южные ночи», на «Киношок» в Анапу приезжал. Поэтому эти края мне близкие. Но, каждый раз, хочу отметить, все воспринимается по-другому… В Геленджике меня удивляет всегда то, как он стремительно меняется, не бываешь здесь несколько лет, и потом полное ощущение, что приехал в совершенно другой город. Неизменна только природа, здесь всегда много солнца, а вот в Москве его мало… А еще море, воздух великолепный… Ну, и конечно, ваша знаменитая на весь мир набережная, безусловно, потрясающая. Город – настоящий курорт, что еще тут скажешь. И вполне серьезно замечу, надо гордиться тем, что у нас в России есть такой курорт, ничем не хуже зарубежных.

     — Вас наверное часто спрашивают об «Экипаже», это действительно эпохальная картина для нашего отечественного кино и до сих пор любимая народом…

— Да, глупо отрицать, что для меня эта картина тоже была поворотной. Это была моя этапная работа в свое время, в 80-ом году, и как для артиста, и как для человека. И роль летчика Ненарокова для меня была на тот момент совершенно новой. Но, в каждой роли находишь что-то свое, открываешь сам себе что-то еще неизведанное. Так получилось и в тот раз. На экране я таким еще никогда до этого не был. Хотя уже было на тот момент три больших работы, но эта роль, бесспорно, стала новой отправной точкой.

     — «Экипаж» стал первым отечественным масштабным фильмом-катастрофой. Что было наиболее сложного во время съемок?

— Начнем с того, что «Экипаж» стал своего рода ответом на завоевавшие тогда мировой экран голливудские фильмы-катастрофы и, когда Александр Митта брался за это фильм, он как бы держал за ориентир замечательную экранизацию известного романа Артура Хейли «Аэропорт». Юлий Дунский и Валерий Фрид – гениальные наши сценаристы, придумали свою историю, которая вначале называлась «Запас прочности» и в отличие от Хейли, они больше внимания уделили не столько самой катастрофе, сколько именно судьбам людей. Неслучайно потом, что бы показать предысторию всех этих героических событий Митте понадобилась целая отдельная серия. Но, это ход себя полностью оправдал.

Сами же съемки были сложные и в плане техническом, и сложно было физически, ползти там под напорами ветра по фюзеляжу самолета, бегать, прыгать через горящие потоки лавы, при этом что-то постоянно взрывалось, пролетало над головой и т.д. Но, тем не менее, я, говоря о сложностях, в первую очередь имею душу. Я, работая над ролью Ненарокова, что-то в себе преодолел, и вышел на экран с другим взглядом. А это гораздо сложнее, труднее и не у всех это получается. Поэтому в «Экипаже» я был совершенно другим человеком.

     — И хочу отметить, что Вы много играете в кино людей по-настоящему мужественных, можно сказать железобетонных, но при этом лицо, глаза у них остаются человеческими, добрыми…

— Да, можно сказать и так…

— Это я подвожу к другой Вашей известнейшей картине «Корпус генерала Шубникова», где мы видим Вашего героя – генерала Шубникова именно таким…

— Ну, эта тема, тема Великой Отечественной войны вообще очень святая. У меня во время работы над этим фильмом были совсем другие чувства. Я тогда был еще молодым человеком для этой роли, имеется в виду, генерала. Тем не менее, меня утвердили на «Мосфильме». И вот я через эту нашу мощную военную тематику прошел и, как мне кажется, внес в нее и какую-то свою лепту.

— «Корпус генерала Шубникова» поражает своим натурализмом, на ум в этом плане приходит только еще один такой же фильм – это «Горячий снег» по роману Бондорева.

— Этот фильм тоже снят по мотивам повестей писателя-фронтовика Владимира Баскакова, кстати, одного из авторов «Книги Памяти». А самое главное, что и снимали картину настоящие фронтовики. В первую очередь сам режиссер-постановщик Дамир Бережных, операторы были бывшие фронтовики, консультанты были отличные, поэтому удалось снять все так доподлинно. И во время съемок это они лично показывали, как проходили на ощупь минные поля, когда не работал миноискатель (помните такой эпизод?), и как под танки ложились, и многое другое подсказывали тоже… Поэтому этот фильм мне тоже по-особому дорог, он тоже сыграл особую роль в моей биографии.

    — А сейчас Вы видите фильмы не то  что такого же уровня, но хотя бы такого же посыла?

— Нет, почему-то… Надеюсь, что пока, нет… Я очень много сейчас снимаюсь, работаю, в том числе и в сериалах всевозможных. Но, могу сказать, что, когда я попадаю в сериал, то этот сериал сразу становится особенно любимым народом. Но, что касается материала как такового, то, если он и есть, часто оказывается, что над ним некому работать. Молодежь сейчас другая, и ей надо как-то еще повариться в этом, окрепнуть, чтобы хоть что-то понять и про нашу историю, и про то, кто мы такие… Поэтому я жду и все мы ждем. У нас ведь сейчас тоже происходят разные серьезные вещи, уже в нашей новейшей истории. И очень хочется откликнуться на это тоже…

   — Вы имеете ввиду то, что сейчас происходит на юго-востоке Украины…

— Да, об этом обязательно нужно говорить, говорить правду, какая есть. Но, при этом обязательно нужно копнуть поглубже, докопаться до причин. Мне очень важны причины. И показать их надо, естественно, через судьбы людей. Именно это очень и очень важно. Только так  мы сможем что-то оставим для потомков, такое переосмысленное нами уже.

— То есть, если бы поступило предложение сняться в фильме об этих всех событиях, то…

— …то, в таком проекте участвовать я бы согласился незамедлительно.

    — Боюсь, что осмысленный материал по тому, что происходит на Украине мы дождемся нескоро, быстрее выйдет что-то коньюктурное, обыкновенная стрелялка на фоне разрушенных городов …

— Да, вы правы, к сожалению, наш кинематограф сейчас прежде всего думает о деньгах.

    — И вот тут как раз хочется узнать Ваше мнение по поводу такого модного ныне явления, как ремейки. Переснимают все известные ранее картины, и сейчас прошла информация, что будет переснят и Ваш легендарный «Экипаж»…

— Да, я знаю эту историю. Мне это даже где-то любопытно. Но, я не понимаю задачи – почему и для чего это нужно? Я еще не видел ремейков, которые бы получились не хуже оригинала. Или даже не то, что не хуже, а просто были бы на достойном художественном уровне. Жизнь показывает, что повтор – это всегда плохо. А зачем же тогда делать?! Мне по этому поводу иногда так обидно становится. Я могу много назвать наших отечественных ремейков, где и вроде бы актеры известные любимые народом снимаются, но как-то смешно все это получается. Я сразу хочу их спросить: «Для чего вы, господа, в этом участвуете? Неужели, исключительно ради денег. А как же репутация? Неужели не стыдно сниматься в этом?»

Понимаете, в подобных картинах нет адреса, а если нет адреса, нет посыла, то и не стоит браться за такое. Это мое мнение. Но, как говориться, посмотрим, что получиться… И еще, я так думаю, что, когда берутся за ремейки, то это своеобразный рекламный ход. Плохая картина получиться или не очень – в данном случае и не важно. Продюсер знает, что люди на нее все равно пойдут, хотя бы для того, что бы сравнить новый фильм с прежним, и какое у них сложится потом мнение, тоже не важно. Главное – что  прибыль будет по любому. Вот и получается, что речь в данном случае идет не об искусстве, а исключительно о деньгах.

      — Сериалы – это тоже по большей части коммерческий проект и Вы в них активно снимаетесь. В частности «Сваты» стали одним из самых популярных сериалов на нашем отечественном экране.

— Ну, сериал сериалу рознь. Сейчас появляются очень приличные сериалы, в которых не стыдно сниматься, А что касается «Сватов», то это чистая комедия. А меня комедия всегда и в кино, и в театре, а я же прежде всего театральный актер, всегда интересовала, и всегда с удовольствием, и успешно там работал. И вот я бы хотел быть таким и в кино. Тут очень удачно подвернулись «Сваты», хотя до этого был еще один комедийный сериал «Все мужики сво…», где я сыграл генерала (еще одного генерала в своей творческой биографии), и вот в этих фильмах я хотел доказать, что еще имею право на яркие, острохарактерные, комедийные роли. Мне это интересно. Поэтому мне, например, приятно, что в моей творческой биографии был такой сериал. Я удовольствием там снимался, но потом все-таки ушел, потому что стало скучно. Сериал стал повторять сам себя. А делать одно и тоже из серии в серию, из сезона в сезон нельзя категорически.

— То есть, несмотря на свою успешность сериал не развивался…

— Совершенно точно. А так нельзя, сериал, хоть и комедийный должен как-то расти, тем более такой материал как «Сваты», позволял это делать, там была изначально заложена хорошая драматургическая «закваска», нужно было только проявить фантазию, но в сериале предпочли эксплуатировать уже однажды найденное и все, на этом все остановилось. А раз сериал, роль дальше не развивается, то я ухожу.

     — А куда Вы ушли?

— Я ушел в другой сериал. Была такая идея, не повторить, а сделать что-то наподобие Аниськина. Помните, с каким блеском его играл Михаил Иванович Жаров? Такой колоритный был у него персонаж – милиционер на деревне. И меня утвердили на такую же роль. Потом, к сожалению, что-то такое произошло, и проект был, к сожалению, заморожен. Но возникло другое интересное предложение, сыграть такого же милиционера в похожей версии, но с перевертышем. То есть, по сюжету там у меня пожилого сельского участкового был сын, этот сын тоже работал в органах, но в городе. И вот на этой почве были тоже какие-то интересные ходы, и мы этот фильм сделали. Он назывался «Семейный детектив», по аналогии с «Деревенским детективом» Виля Липатова. Сына там у меня играл Ярослав Бойко. Вот он был в городе, а я в деревне расследовал дела… Ну, а вообще сейчас у меня много есть предложений. Только что сыграл в семейной драме. Это серьезный фильм, который должен выйти на экраны этой зимой на телеканале «Россия». И еще вот к вам приехал с Булгаковым.

    — Кстати, на счет «Собачьего сердца», Вам пришлось входить в уже готовый спектакль после Валерия Золотухина. Насколько быстро прошла адаптация?

— Знаете, мне очень долго предлагали войти в этот спектакль, еще при жизни Валерия Сергеевича, но я все время был занят. Но, про себя все время держал мысль, что если я тут нужен, то я сюда приду и вот – я пришел. К сожалению, правда, по печальному поводу. Валерий Золотухин в этот спектакль вложил всю свою душу, всю свою веру. Это был полностью его замысел. Более скажу, этот спектакль в какой-то степени сплотил настоящий коллектив, насколько это возможно при антрепризной постановке. Золотухин очень любил и этот коллектив, и этот спектакль. Я, получается, пришел уже как бы на готовое. Но, Валера все сделал, чтобы здесь оказались люди, готовые идти на хорошие дела, и главное, что бы показать этих людей. Я в этом убедился, и теперь вот играю с ними «Собачье сердце».

    — Насколько сегодня актуален профессор Преображенский и сама тема – ответственности ученого за свои открытия?

— Профессор Преображенский сегодня очень актуален. И прежде всего он актуален тем, чем актуален академик Сахаров – это гений и совесть. У нас в истории таких гениев, кстати, было очень много, в разных ипостасях, не обязательно в науке, но таких личностей Россия, к счастью, рождает много. Первые, которые на ум приходят – это и Солженицын, и Пастернак, Иосиф Бродский, и академики Вавилов, Павлов, да и сам Михаил Афанасьевич Булгаков был абсолютно из этой же породы. Поэтому соотношение личности и истории, совестливости, это всегда актуально. И вот возьмем академика Сахарова – это человек изобрётший водородную бомбу. Не изобрести ее с одной стороны было нельзя, потому что и наука идет вперед, и политическая ситуация тогда требовала что бы эта бомба появилась, в качестве сдерживающего фактора. Но, в тоже время Сахаров, наверное, как никто понимал, какое страшное оружие он изобрел, и не дай Бог, что бы оно когда-нибудь было применено. А глядя на то, как развивается человечество, он видел, что это вполне может произойти, и поэтому он дальше становится общественным деятелем и всю свою последующую жизнь посвящает борьбе, по сути, с собственным изобретением. Вот здесь прослеживается полная аналогия с булгаковской линией профессор Преображенский – Шариков. Хотя Булгаков написал об этом, конечно, еще до всей этой истории с Сахаровым. И вот тут, это просто непостижимо, как сказывается человеческая природа –  люди его не приняли, стали его отбрасывать…  Я никогда не забуду, когда на одном из первых перестроечных Съездов Горбачев требовал выключить Сахарову микрофон, а он стоя и у выключенного микрофона продолжал что-то доказывать, своим этим картавым языком пытался докричаться… Какой трагический момент это был, никакой драматург такого не придумает! И вот я тогда подумал – вот что надо играть! С тех пор эта история у меня здесь, в сердце, в душе.

И сейчас в профессоре Преображенском, я можно сказать играю нашего современника академика Сахарова, потому что это все узнаваемо, это никуда не ушло, оно все время с нами, в нашем народе, в нашей истории… Это абсолютно вечная тема. Да вот возьмите, не Сахарова, а Василия Макаровича Шукшина, который тоже был в ответе за всех. Это же тоже незабываемо. Как ходили его желваки, когда он пытался до людей докричаться, заставить их задуматься над тем, какие они, как живут и что делают! Он же сжигал себя и потому ушел раньше времени. Вот тут есть над чем подумать: что это за позиция такая, когда ты в ответе за то, что делают другие.

    — Это, действительно, архисложная и очень важная задача. Анатолий Александрович, мы, к сожалению, вынуждены заканчивать наш разговор, что бы Вы пожелали геленджичанам и гостям курорта?

   — Геленджичанам я бы хотел сказать следующее: здесь вы хозяева, к вам приезжают отовсюду. И если вы принимаете с душой, то с душой и к вам относятся. Поэтому здоровья вам, вы, действительно, живете в каком-то уникальном месте, я вам по-хорошему завидую. И люблю. Что касается приезжих – туристов, отдыхающих, то повторюсь, мы должны быть горды тем, что у нас есть Черное море, есть свои красивые места и нам никуда не нужно уезжать. Приезжайте сюда в Геленджик и отдыхайте, поверьте, это лучше, чем где-то в других местах. Поэтому работайте, зарабатывайте побольше денег и везите их сюда!

Михаил Черногоров

АНАТОЛИЙ ВАСИЛЬЕВ: «КОГДА ТЫ В ОТВЕТЕ ЗА ТО, ЧТО ДЕЛАЮТ ДРУГИЕ…» Reviewed by on . Неувядающее, вечное булгаковское «Собачье сердце» геленджикской публике вновь показал Московский независимый театр. Этот спектакль, поставленный гениальным Вале Неувядающее, вечное булгаковское «Собачье сердце» геленджикской публике вновь показал Московский независимый театр. Этот спектакль, поставленный гениальным Вале Rating: 0

Комментировать

scroll to top