Четверг , 28 января 2021

Главная » Летопись недели » Книга Александра Аханова о неизвестном Геленджике. Геленджик и его окрестности. Моему отцу, Аханову Ивану Ивановичу, посвящается.

Книга Александра Аханова о неизвестном Геленджике. Геленджик и его окрестности. Моему отцу, Аханову Ивану Ивановичу, посвящается.

К 185-летию Геленджика

repin_duyel

История пятая
Никольская
Эта странно-запутанная история до сих пор меня удивляет. Герои и участники её – неизвестный автор письма о гибели Михаила Юрьевича Лермонтова, его современник. Затем: давний, «послереволюционный» директор музея Красин, писательница Анна Никольская, литературовед и артист разговорного жанра Ираклий Андроников, Пушкинский музей, война с немцами, мой отец, Аханов Иван Иванович, и неизвестные лица, то и дело «в прежние времена» ловящие рыбку в мутной воде историй. Не Истории, попрошу не путать, уважаемые читатели!
В «младые годы» я несколько раз в разговорах между отцом и матерью слышал эту фамилию – Никольская. По какому поводу – не помню. Та ли эта Никольская или однофамилица, не помню. И, разумеется, не придавал разговорам никакого значения – и мал был, и глуповат, и вообще, всякая литература, где не было «ботаники как дисциплины» или сказок, русских ли, молдавских или таджикских, меня мало интересовала.
А – зря…
Оказывается, Анна Борисовна, жившая в Алма-Ате в конце пятидесятых годов прошлого века, написала книгу «Забытые письма», в которой, со свойственным столичным писателям снобизмом и некоторым пренебрежением «к провинции», описала своё посещение Геленджика в тридцатые годы двадцатого же века, и, в частности, посещение музея, в котором обнаружила письмо неизвестного автора о том, что он… то ли видел дуэль Лермонтова с Мартыновым, то ли уже убитого поэта…

1001405971
А эту книгу мне подарили в Тюмени знакомые студентки-скрипачки музыкального училища, игравшие в молодёжном ансамбле «Ровесники», где я работал звукооператором, совершенно случайно, как выяснилось, купив уже потрёпанную книгу на книжном развале и увидевшие там фамилию Аханов.
Письмо якобы в совершенно непрезентабельном виде Анна Борисовна увидела среди других бумаг в музее и, как могла, привела его в порядок, но позже, возможно, во время войны, оно исчезло. Что-то по этому поводу говорил краснобай Ираклий Луарсабович Андроников, фамилия коего тоже несколько раз звучала в домашних разговорах, но что именно – мне доподлинно тоже неизвестно. Как неизвестно – было ли оно отправлено Красиным или кем — то иным в Пушкинский музей до войны, а если было, то отчего нигде, кроме как в книге Никольской, нет даже упоминания о нём…
И как оно могло исчезнуть после войны, если до неё его уже, скорее всего, в Геленджикском музее не было? А если оно и существовало, то… фонды музея во время войны были основательно разграблены. Их практически не осталось. Отец в это время воевал на Сталинградском направлении. Был ранен. Лечился. И приступил к работе в музее где-то в 1949 году. То есть фактически музея несколько лет не было! Я – автор этих заметок, уже был, а вот послевоенного музея ещё не было. Словом, вопросов много, но толку от этого никакого!
Описала Анна Борисовна и момент, когда в 1960-м или в 1961-м году приезжала к нам в Новороссийск и, в частности, в Восьмую щель, где мы тогда жили… с целью «довыяснить» , «не передал ли случайно Иван Иванович ценный документ некоему любителю старины…»
«Ничего не сказала рыбка, уплыла себе в синее море» – приблизительно так, как сказал поэт, я могу закончить эту главу. И приглашаю желающих – любителей экстремальной истории – попытаться распутать до конца этот волшебный клубок, начавший запутываться в июле 1841 года, если ещё не ранее…
И так, к слову. Анна Борисовна в своей книге допустила, по крайней мере, две непростительные для писателя такого уровня ошибки. В Геленджике и окрестностях не водятся гремучие змеи. И реки на улицах не стоят. Если река стоит – это не река, а болото. В крайнем случае – пруд…

Начало книги Геленджик и его окрестности

Продолжение следует.

Книга Александра Аханова о неизвестном Геленджике. Геленджик и его окрестности. Моему отцу, Аханову Ивану Ивановичу, посвящается. Reviewed by on . История пятая Никольская Эта странно-запутанная история до сих пор меня удивляет. Герои и участники её – неизвестный автор письма о гибели Михаила Юрьевича Лерм История пятая Никольская Эта странно-запутанная история до сих пор меня удивляет. Герои и участники её – неизвестный автор письма о гибели Михаила Юрьевича Лерм Rating: 0

Комментарии (1)

    Комментировать

    scroll to top